Наш театр разрабатывает возможность, которая есть всегда и у всех. Это возможность открытого творческого контакта с реальностью. С нашей точки зрения, в основе реальности – бесконечность любви. Мы выбрали именно такую бесконечность. Говорят, от выбора тут многое зависит.
Как правило, при открытом общении с реальностью игра получается весьма необычной. Это естественно, поскольку жизнь – штука необычная, и она терпеливо учит нас языку своих тайн. Например, проект «Большая импровизация» - максимальный контакт с неизвестным: и текст, и сюжет спектакля актеры находят во время игры. Зачастую вместе с нами играют и зрители.
Как правило, при открытом общении с реальностью игра получается весьма необычной. Это естественно, поскольку жизнь – штука необычная, и она терпеливо учит нас языку своих тайн. Например, проект «Большая импровизация» - максимальный контакт с неизвестным: и текст, и сюжет спектакля актеры находят во время игры. Зачастую вместе с нами играют и зрители.
Если уж общаешься с миром, появляется много интересных собеседников. Среди них – разные места, в которых мы играли – кишиневские катакомбы, крыша отеля «National», цветущий яблоневый сад под дождем… И разные сезоны. После составления репертуарного цикла выяснилось, что он совпал с годовым. Каждому времени года у нас откликается один из спектаклей.
Мы разрабатываем и практикуем актерскую технику работы с потоком, а лучше сказать – общения и контакта с ним. Поток – это индивидуальный и неповторимый луч бесконечности, который есть у каждого человека.
Мы реализуем эту энергию через все элементы театра – движение, текст, контакт с партнером и т.д. То есть все, что происходит на площадке, является реализацией (выявлением) бесконечности.
И наблюдаем, какие изменения происходят при этом в энергетике пространства и в происходящем. Видимое и невидимое, драма и ритуал, внутреннее и внешнее, конечное и бесконечное непрерывно взаимодействуют и развивают друг друга. Что от этого получает бесконечность? То, что получает любящий.
Отметим, что медитация стала театральной практикой с 30-х годов прошлого (ХХ)века. Плодотворное общение человека и Универсума, теорию их диалога разрабатывали в философии Николай Бердяев, Михаил Бахтин и Мартин Бубер, а в театре – Антонен Арто, Ежи Гротовский и некий Клим. В конце 80-х Клим создал в московских театральных мастерских при Центре Мейерхольда концепцию актерской проводимости, причем общение происходило именно с сущностью мира, с его цельностью, а не только с отдельными энергиями (неба, земли, жизненной силы), которые легче конкретизировать. Клим выводил актеров и зрителей на контакт с бесконечностью, и все, включая бесконечность, были ему весьма за это благодарны. Наша Студия вышла из подвала Клима, как некоторые писатели – из «Шинели» Гоголя. Клим родом из гоголевских мест...
Кстати, он любит говорить, что настоящий ученик должен взять у настоящего учителя все самое ценное и вовремя удрать, но успеть получить благословение. Значит, мы уж точно его ученики.
Далее...
Даже с карнавалом пришлось прогуляться по всем «сторонам года». Мы выявляем современные формы карнавала, который в Кишиневе существует слишком незаметно. Карнавал – не просто красочное шоу на улице. Это древний театральный ритуал возвращения человека к общности с собой, с миром и другими людьми. Исчезновение всех иллюзорных границ, в том числе смерти. Такое понимание карнавала воскресил в ХХ веке замечательный философ Михаил Бахтин. Получается, что мы неотступно и целенаправленно создаем современный карнавал по Бахтину, то есть по максимальному концепту, и да поможет нам Бог. Насколько нам известно, Кишинев пока единственный город, где окопался бахтинский карнавал - таких вариантов в явном виде на милой Ойкумене сейчас не наблюдается. Но, конечно, будут. Ведь карнавал карнавал и не думал помирать по-настоящему; он только прикинулся дохлым, чтобы как следует выпить на собственных похоронах. В Кишиневе, где его вообще никогда не было, карнавал нашими молитвами уже случился шесть раз. Ждем седьмого.
Мы разрабатываем и практикуем актерскую технику работы с потоком, а лучше сказать – общения и контакта с ним. Поток – это индивидуальный и неповторимый луч бесконечности, который есть у каждого человека.
Мы реализуем эту энергию через все элементы театра – движение, текст, контакт с партнером и т.д. То есть все, что происходит на площадке, является реализацией (выявлением) бесконечности.
И наблюдаем, какие изменения происходят при этом в энергетике пространства и в происходящем. Видимое и невидимое, драма и ритуал, внутреннее и внешнее, конечное и бесконечное непрерывно взаимодействуют и развивают друг друга. Что от этого получает бесконечность? То, что получает любящий.
Отметим, что медитация стала театральной практикой с 30-х годов прошлого (ХХ)века. Плодотворное общение человека и Универсума, теорию их диалога разрабатывали в философии Николай Бердяев, Михаил Бахтин и Мартин Бубер, а в театре – Антонен Арто, Ежи Гротовский и некий Клим. В конце 80-х Клим создал в московских театральных мастерских при Центре Мейерхольда концепцию актерской проводимости, причем общение происходило именно с сущностью мира, с его цельностью, а не только с отдельными энергиями (неба, земли, жизненной силы), которые легче конкретизировать. Клим выводил актеров и зрителей на контакт с бесконечностью, и все, включая бесконечность, были ему весьма за это благодарны. Наша Студия вышла из подвала Клима, как некоторые писатели – из «Шинели» Гоголя. Клим родом из гоголевских мест...
Кстати, он любит говорить, что настоящий ученик должен взять у настоящего учителя все самое ценное и вовремя удрать, но успеть получить благословение. Значит, мы уж точно его ученики.
